Обычное оконное стекло разрушается уже при избыточном давлении 0,01–0,02 МПа — это ударная волна, которую вызывает взрыв на расстоянии сотен метров. В этот момент стекло превращается в облако острых осколков, летящих внутрь помещения со скоростью до 100 метров в секунду. Это не аналогия и не метафора — это физика. Скорость осколка сопоставима со скоростью пули, выпущенной из пневматического оружия. Осколки разлетаются мгновенно — и убежать от них невозможно.

По данным медицинской статистики, от 60 до 80% всех ранений при взрывах — осколочные, и значительная доля приходится именно на осколки остекления. Не огонь, не обрушение конструкций. Стекло. Разлетающееся мгновенно, во все стороны — от которого не увернуться, не закрыться, не спрятаться.

Исследователи сравнивают раны от оконных осколков при взрыве с огнестрельными — по характеру повреждений, глубине проникновения и сложности лечения. При крупных инцидентах зафиксированы случаи, когда стекло летело со скоростью до 1500 м/с на расстоянии 50 метров от эпицентра, нанося ранения, соответствующие боевым осколочным.

Осколки стекла наносят слепые проникающие ранения — они входят в ткани, но не выходят. Мелкие осколки остаются в теле, их не видно на рентгене без специальной диагностики, и они могут годами не проявлять себя. Описан случай, когда осколок стекла проник в брюшную полость при падении и вызвал перфорацию кишечника через 14 месяцев после травмы.

Хирурги удаляют осколки по одному, иногда десятками. По данным МЧС, у одного пострадавшего было удалено более 300 осколков. Осколки режут сосуды, сухожилия, глаза. Проникающие ранения черепа, груди, живота — типичные повреждения при разлёте стекла.

И здесь принципиальная разница: металлические осколки — плотные, крупные, их локализуют на рентгене, нащупывают пальцами, извлекают по известным хирургическим протоколам. Стекло — хрупкое, прозрачное, невидимое на обычном снимке. Оно крошится внутри раны, оставляя микроскопические фрагменты, которые невозможно обнаружить и удалить полностью. Металл достать — задача решаемая. Стекло достать — задача, перед которой бессилен зачастую даже опытный хирург.

Дети страдают первыми и тяжелее всех. Осколок летит на уровне глаз — а рост ребёнка как раз совпадает с нижней половиной окна. Проникающие ранения лица, шеи, глаз у детей фиксируются чаще и тяжелее, чем у взрослых: ткани нежнее, сосуды ближе к поверхности, расстояние до стекла меньше.

После того как окно разлетелось, помещение становится опасной зоной. Острые фрагменты стекла покрывают пол, мебель, постельное бельё, детские игрушки. Микроскопическая стеклянная крошка оседает на поверхностях — её не собрать пылесосом, не вымыть обычной губкой. Она остаётся в коврах, в щелях паркета, в обивке дивана — и ранит спустя недели после события.

Убрать помещение после разлёта стекла — это отдельная операция, требующая защитной одежды, плотных перчаток и часов кропотливой работы. И даже после этого нет гарантии, что все осколки найдены.

Беспилотные аппараты прилетают в жилые кварталы. Стеклопакет при взрывной волне не просто разбивается — он прогибается внутрь, накапливает энергию и выбрасывает осколки в помещение, как распрямлённая пружина. Закалённое стекло, которое считается безопасным, при разрушении распадается на сотни мелких осколков, разлетающихся на ещё большее расстояние.

Спасатели напрямую называют осколки основной опасностью при взрыве и рекомендуют бронирование окон специальной плёнкой как самый надёжный способ защиты из доступных.